Churchill
Ястребиный телеграфъ

Отличие государственного деятеля от политика в том
что политик ориентируется на следующие выборы,
а государственный деятель на следующее поколение
/У. Черчилль/

Экономическая природа "человеческого капитала"
Автор: zaphod ® ( 03/21/2005, 20:21:23 ) Профайл Rambler's Top100
...Согласно самой крайней форме этого взгляда, единственный способ, с помощью которого можно удостовериться в том, что машина может мыслить, состоит в том, чтобы стать машиной и осознавать процесс собственного мышления. Свои переживания можно было бы потом описать другим, но, конечно, подобное сообщение никого бы не удовлетворило. Точно так же, если следовать этому взгляду, то окажется, что единственный способ убедиться в том, что данный человек действительно мыслит, состоит в том, чтобы стать именно этим человеком. Фактически эта точка зрения является солипсистской. Быть может, подобные воззрения весьма логичны, но если исходить из них, то обмен идеями становится весьма затруднительным. Согласно этой точке зрения, А обязан думать, что "А мыслит, а В нет", в то время как В убежден в том, что "В мыслит, а А нет". Вместо того чтобы постоянно спорить по этому вопросу, обычно принимают вежливое соглашение о том, что мыслят все
Алан Тьюринг. Могут ли машины мыслить?

В современной российской журналистике существует жанр, который можно назвать "причитаниями". В статьях такого жанра авторы занимаются оплакиванием России, ее горестной судьбы и ее печального экономического и политического положения. Нельзя сказать, конечно, что нынешнее положение России безоблачно, и даже более того - существует значительное количество угроз, которые могут не только серьезно дестабилизировать ситуацию в стране, но и поставить под вопрос само существование России, как суверенного государства и субъекта международной политики. Однако авторы подобных причитаний причитают вовсе не об этом. Точнее, они причитают, как и принято, у причитальщиков, не вникая в смысл произносимых слов и не понимая сущность проблемы, которая бросила их в такую бездну отчаяния. К числу ярких образцов подобных причитаний относится недавняя статья Сергея Лескова "Русский дракон, или Почему молчит наш человеческий капитал", опубликованная недавно в американской газете "Известия". Вообще среди авторов этой газеты научный обозреватель "Известий" Лесков отличается особой тупостью, уступая в этом отношении лишь Ирине Петровской.

В своих причитаниях С. Лесков скорбит о несчастной судьбе нашей страны, которая существует за счет экспорта сырьевых ресурсов, а не за счет "человеческого капитала", как большинство "нормальных стран". Лесков пишет:

В последнем докладе Мирового банка дан анализ интегрального потенциала экономического развития: для развитых стран он на 64% формируется человеческим капиталом и лишь на 20% - сырьевым. Но для России все перевернуто: 72% - сырьевой фактор и только 14% - человеческий капитал. Становится ясно, почему у нас такие низкие зарплаты и отвратительный уровень жизни. Дисбаланс не изменится до тех пор, пока Россия не научится производить продукцию, весомая часть стоимости которой формируется человеком, а не вкладом Природы. Но для этого надо изменить отношение к человеку, а это в России не получалось никогда. Мы берем числом, а не умением. У нас количество в качество не переходит.
Противопоставление этих факторов производства относятся к той категории представлений, которые по английски называются 'conventional wisdom'. Если кратко суммировать , то их смысл сводится к следующему: экономическое развитие только тогда будет стабильным в долгосрочном периоде, если оно будет опираться лишь на воспроизводимые факторы производства - труд и капитал. Причем важнейшую роль в увеличении производительности этих факторов производства играет научно-технический прогресс, а он как раз зависит от наличия достаточного количества высококвалифицированных специалистов, которые, как считается, и обладают "знаниями" или "человеческим капиталом". Подобно физическому капиталу, запас которого увеличается за счет инвестиций, "человеческий капитал" увеличивается за счет образования, которое и принято считать "инвестициями в человеческий капитал".

На первый взгляд, подобная доктрина представляется достаточно стройной и привлекательной. Привлекательность этой модели состоит в том, что она предлагает некую версию экономического 'perpetuum mobile', позволяющую освободиться от ограничений, связанных с зависимостью от природных ресурсов и вывести человечество "из царства необходимости в царство свободы", как говорил в свое время Карл Маркса. Кстати, ему же принадлежит фраза о превращении науки в непосредственно производительную силу. В наше время эти идеи находят свое воплощение в виде идей "постиндустриальной экономики", "новой экономики", "экономики, основанной на знаниях" и т.д. и т.п. Иногда эти заклинания принимают еще более яркую и выразительную форму. Мол, тот факт, что Россия богата природными ресурсами оказывает самое негативное влияние на российскую экономику; оттого русские ленивы и нелюбопытны, а поэтому их можно приучить к труду и за взяться за ум лишь единственным способом - отняв у них все природные ресурсы и поделив их между особо нуждающимися. С.Лесков, хотя и не пишет об этом прямо, но намекает, что фактор природных ресурсов - источник бед России.

Необходимо тщательно разобраться в подобных представлениях еще и потому, что в последние несколько лет идет спор о роли так называемой "природной ренте" - о том, надо или не надо изымать эту самую ренту у нефтяных компаний, и если изымать, то на что их тратить. Впрочем, дискуссия идет без ясного понимания смысла обсуждаемого понятия и к тому же прослеживается тенденция запутать и исказить смысл понятия со стороны противников такого изъятия. Например, какое-то время в сети существовал сайт www.antirenta.ru, на котором само понятие ренты объявлялось изобретением марксистов, а потому вредным и утратившим свою силу. Это представление совершенно не соответствуют действительности, поскольку понятие (чистой) экономической ренты прочно (и давно) вошло в арсенал экономического "мэйнстрима" и не имеет никак не связано ни с марксизму, ни с трудовой теорией стоимости. Более того, в 1991 году большая группа западных экономистов, в том числе лауреаты Нобелевской премии У.Викри, Ф.Модильяни, Дж. Тобин и Р.Солоу обратились к Горбачеву с открытым письмом, в котором призывали его перенести основную тяжесть налогообложения на земельную ренту. Для нас важным будет также и то, что по своей природе доход от "человеческого капитала" ничем не отличается от ренты, например, от пресловутой сырьевой ренты, поскольку, как будет показано ниже, "человеческий капитал" является природным ресурсом, подобным нефти или алмазам.

Для начала уточним основные понятия. Прежде всего, понятие факторов производства. К ним относятся все используемые для производства ресурсы, такие как земля, труд, сырье и физический капитал. Последнее понятие подразумевает, что в процессе производства используются некоторые блага, которые сами произведены в процессе производства, причем такие блага, которые используются неоднократно, более чем в одном производственном цикле. Это всевозможные машины, здания и т.д. Физический капитал необходимо отличать от финансового капитала. Это понятие используется для описания тех денежных ресурсов, которые используются для финансовой поддержки предприятия, например для закупки физического капитала. Это тем более важно, что часто эти понятия путают, особенно когда говорят об инвестициях. Инвестиции происходят тогда, когда на предприятии увеличивается запас физического капитала. Понятие "человеческого капитала" было введено по аналогии с понятиями физического и финансового капитала. Их роднит прежде всего тот факт, что все разновидности капитала являются активами, то есть владение ими приносит владельцам определенный доход. Например, владелец физического капитала получает доход за счет арендной платы за использование принадлежащего ему оборудования, владелец финансового капитала в виде дивидендов или процентов, владелец "человеческого капитала" в виде дохода за счет его особых знаний или умений (например, писатель - в виде гонораров за его произведения).

С.Лесков совершенно правильно пишет, что понятие "человеческого капитала" было введено экономистами чикагской школы. В статье "Экономика преступления и наказания"я не вполне точно приписывал это открытие Гэри Стенли Беккеру. Хотя исследования Беккера сыграли значительную роль в развитии теории "человеческого капитала", однако это понятие использовал до него другой видный представитель чикагской школы, Теодор Шульц. Но и Шульц, скорее всего, не является первооткрывателем "человеческого капитала", поскольку еще раньше оно встречается в работе Милтона Фридмена по количественной теории денег,. Фридмен, однако, отрицает свой приоритет, утверждая, что эти представления существовали в чикагской школе в виде "устной традиции". Смысл количественной теории денег состоит в том, что спрос на деньги у каждого индивидуума зависит от его богатства, которое может быть представлено в виде набора активов - финансового, физического и человеческого капиталов, и поэтому каждый индивидуум предъявляет спрос на деньги таким образом, чтобы соотношение между его активами было близко к оптимальному. Фридмен, однако, отмечал, что "человеческий капитал" существенно отличается от других видов активов по своей способности замещаться другими видами активов. Например, можно продать дом (физический капитал) и полученный деньги положить на счет в банке или приобрести акции какой-нибудь компании, сократив запас физического капитала и увеличив запас капитала финансового. Однако провести такую операцию с человеческим капиталом гораздо труднее. Скажем, нельзя продать себе в рабство, уменьшив свой запас человеческого капитала и увеличив финансовые активы.

Возникает вопрос: а в каком смысле человеческий капитал является фактором производства, как его отличать от труда, как фактора производства и как его следует учитывать. Традиционная система учета, как правило, не отличает доходы от человеческого капитала от зарплаты или смешанного дохода, т.е дохода от деятельности в которой не представляется возможным разделить элементы труда и предпринимательства . К таковым доходам, например, относятся доходы мелких предпринимателей, лиц свободных профессий, то есть частнопрактикующих врачей, адвокатов, художников и т.п. Создатели концепции "человеческого капитала" подчеркивали, что "человеческий капитал" возникает в результате накопления у индивидуума особых знаний или умений в результате обучения или накопления опыта деятельности в определенной сфере. Поскольку труд более опытного или более квалифицированного работника оценивается более высоко, то этот излишек и есть доход от человеческого капитала. Но как бы там не было, очень трудно понять на чем основаны оценки факторного вклада человеческого капитала, сделанные Всемирным банком, о которых говорит С. Лесков. Оценки вклада сырьевого фактора тоже выглядят достаточно туманными, но их происхождение более ясно - скорее всего, они представляют некоторую оценку природной ренты. Что же это такое?

В современной экономической теорией рентой принято называть доход от фактора, предложение которого совершенно неэластично, то есть совершенно не зависит от цены. Легче всего понять смысл этого определения с помощью рекламы торговцев недвижимостью: "Покупайте землю - ее больше не производят!" Стоимость земли, как и любого другого фактора производства, определяется продуктивностью этого фактора, то есть способностью производить пользующиеся спросом товары. В этом смысле спрос на факторы производства является производным спросом, он формируются под влиянием спроса на товары, производимые с помощью фактора. Продуктивность различных участков земли может сильно различаться, а, кроме того, различные участки земли могут использоваться для производства очень разных товаров. Некоторые участки земли могут обладать совершенно уникальными свойствами, например, для выращивания некоторых сортов винограда пригодны могут пригодны земли только, скажем, в радиусе одного километра от единственной точки на всей планете. Если вырастет цена на вино, производимое из такого сорта винограда, то, очевидно вырастет и спрос на земельные участки, пригодные для выращивания такого сорта винограда. Но предложение таких участков не изменится ни на йоту. Совершенно аналогичными признаками обладают и редкие трудовые ресурсы. Например, доходы кинозвезды или спортсмена формируются под действием двух факторов - высокого спроса на их редкие способности и ограниченного предложения таких способностей на рынке. В самом деле, насколько возрастет предложение кинозвезд "Мерил Стрип", если увеличатся их гонорары? Оно останется прежним: 1 (одна) единица.

Тут необходимо сделать некоторые существенные оговорки. Во-первых, совершенно неэластичное предложение - это все-таки до некоторой степени идеализация. На худой конец вино "Шато Эн-Де" может быть заменено вином "Шато Труа-Катр", а кинозвезда "Мерил Стрип" - кинозвездой "Джоди Фостер". Во-вторых, один и тот же ресурс можно использовать с различной степенью интенсивности. Например, если на продукцию виноградника возрастет спрос, можно увеличить его продуктивность , затратив дополнительные количества труда и физического капитала, то есть привлекая дополнительных рабочих,улучшая агротехнику и т.д. . Точно также "Мерил Стрип" может с большей интенсивностью участвовать в киносъемках, если это потребуется продюссерам. Здесь мы имеем пример увеличения затрат труда. Или, скажем, актриса "Людмила Гурченко" недавно увеличили себе грудь - это пример дополнительного вложения физического капитала. Однако ясно, что эффективность дополнительных вложений ограничена, урожайность виноградника нельзя увеличивать до бесконечности, а "Мерил Стрип" не может сниматься больше 24 часов в сутки. Ситуация с грудью, я полагаю, дополнительных объяснений не требует... Эти примеры иллюстрируют общую закономерность - закон снижающейся отдачи фактора производства. Однако следует подчеркнуть, что в образовании ренты существенны оба фактора - как высокий спрос, так и ограниченное предложение. Например, сколько бы не инвестировала в свой человеческий капитал какая-нибудь Маша Пупкина, совершенствуя обводы своей кормы и форштевня, ей не достичь такой же отдачи от инвестиций в свой человеческий капитал, какой получает "Мерил Стрип" или хотя бы даже "Людмила Гурченко". С другой стороны, легко представить, что возросший спрос на физический капитал, например, на искусственные бюсты (а это типичный пример физического капитала) удовлетворяется путем увеличения соответствующих производственных мощностей. Но ферм, на которых бы разводили "Мерил Стрип" или "Джоди Фостер" пока не существует, и неизвестно, появятся ли таковые в обозримом будущем. В этом и состоит важное отличие человеческого капитала от капитала физического. Человеческий капитал является природным ресурсом, его невозможно произвести в количествах, необходимых для удовлетворения спроса.

Конечно, мне могут возразить, сказав, что пример с кинозвездами - это очень частный случай, что на самом деле инвестиции в образование и повышение квалификации работников увеличивают запасы человеческого капитала, что в основном в так называемых "нормальных" странах вкладывают деньги не в увеличение бюстов кинозвед, а в подготовку инженеров, врачей, юристов и других высококвалифицированных специалистов. И что эти инвестиции не имеют никакого отношения к особенностям экстерьера работников, поскольку цель таких инвестиций увеличений знаний и интеллекта работников. Однако я постараюсь показать, что задача наращивания бюста и задача наращивания интеллекта не различаются принципиально в том смысле, что и та, и другая задача упирается в проблему редкости природных ресурсов, в данном случае - редкости людей, обладающих некоторыми полезными (нужными для производственных процессов) качествами.

Для более яркой и выпуклой иллюстрации принципиального сходства этих задач, рассмотрим область деятельности, весьма далекую от наращивания бюстов. Математику традиционно считают сферой приложения чистого интеллекта и поэтому она удобна для иллюстрации процессов приобретения, накопления и передачи знаний - своего рода это интеллектуальный капитал в чистом виде. В истории развитии математического мышления в Новое Время можно четко выделить две линии, которые я буду условно называть "линией Ньютона" и "линией Лейбница" по аналогии с "линией Диогена" и "линией Платона" в истории развития философской мысли. Исаак Ньютон (1642-1727), один из создателей математического анализа и основоположник всего математического естествозания менее всего интересовался формальной стороной математических доказательств. Его подход был скорее индуктивным, он опирался на развитую интуицию, наглядность получаемых результатов. Он часто апеллировал к чертежу, что многими современными математиками признается дурным тоном. Изучение математического анализа по Ньютону требует развитого воображения, изобретательности и других аналогичных качеств, которыми обладает далеко не каждый. Подход Готфрида Вильгельма Лейбница (1646-1716) был противоположным: он стремился к формализации, дедуктивному выводу всех результатов из некоторых универсальных принципов. Как пишет об этом с оттенком некоторого презрения академик В.И.Арнольд в книге "Гюйгенс и Барроу, Ньютон и Гук",

...Лейбниц довольно быстро развил формальный анализ в том виде, в котором мы его сейчас знаем. То есть в виде, специально приспособленном для обучения ему людей, которые его совсем не понимают.
И далее Арнольд цитирует фразу из писем Лейбница:
Плохая голова, обладая дополнительными преимуществами,..., может перещеголять лучшую, подобно тому, как ребенок может провести по линейке линию лучше, чем величайший мастер от руки.
Иными словами, Лейбниц стремился к тому же, к чему стремятся нынешние инвесторы в человеческий капитал - к созданию универсального инструмента увеличения интеллектуальных способностей человека. Этот универсальный инструмент Лейбниц называл характеристикой. Под характеристикой Лейбниц понимал средство, способное объединить все науки и создать универсальные приемы решения всех задач. Суть идеи Лейбница состояла примерно в следующем. В те времена было много выдающихся математиков, которые получали выдающиеся результаты и придумывали остроумные методы решения различных задач. Однако часто это приводило к различным парадоксам. При решении одной и той же задачи различными методами получались различные результаты. Это происходило потому, что разные математики по-разному понимали смысл объектов, с которыми они оперируют. Можно до бесконечности спорить о смысле, однако есть простой способ избежать этих неоднозначностей и двусмысленностей: выполнять вычисления чисто механически, безо всякого понимания, не вкладывая никакого смысла в символы, входящие в формулы. В конце концов все возможные формулы можно перенумеровать,например, располагая их в порядке, подобном порядку слов в словаре. Таким образом, мы сводим всевозможные формулы к одной универсальной, которая позволяет по номеру формулы и данным, к которым она применяется , получить результат. Нумераций может существовать бесконечно много, и далеко не все из них пригодны для осуществления идеи Лейбница. Ведь любое вычисление - это последовательное применения отдельных формул. Поэтому нужна такая нумерация, которая позволяла бы найти номер формулы, получаемой путем последовательного применения двух формул по номерам этих формул. Такую нумерацию можно назвать главной нумерацией. Тогда можно будет расчленить любую задачу на последовательность некоторых элементарных операций и по номерам этих правил чисто механически вычислить номер формулы решения задачи, а затем по этому номеру и исходным данных получить искомый ответ.

На первый взгляд, эти идеи кажутся бредовыми. Однако это не так. В начале 20-го века Давид Гильберт (1862-1943) выдвинул грандиозную программу обоснования всей математики, основанную на идее формального оперирования с символами, лишенными всякого содержательного смысла. Оказалось, что главную нумерацию можно построить, что и сделал Курт Гёдель (1906-1978). Поэтому главную нумерацию иногда называют гёделевой. Однако проблема создания универсального метода решения всех задач не была решена. Оказалась, что существуют неразрешимые задачи, и, таким образом, программа Лейбница-Гильберта невыполнима.

Тем не менее, "линия Лейбница" оказалась не менее плодотворной, чем "линия Ньютона". Она, в конце концов, привела к созданию универсальных компьютеров. Я подчеркиваю это слово - универсальных, потому что различные вычислительные устройства существовали очень давно, в частности их конструировал и Лейбниц. Современные универсальные компьютеры отличаются тем, что они работают по универсальной программе, то есть программе позволяющей закодировать любую последовательность операций. Иными словами, универсальная программа и реализуют гёделеву нумерацию.

Казалось бы, это дает основание говорить о том, что найдено универсальное средство наращивания интеллектуальных способностей человека или по крайней мере, некоторых из них. К тому же, это позволяет устранить или, по крайней мере ослабить, значимость различия людей по способности понимать материал обучения. Однако все далеко не так просто. Как известно, идея создания искусственного интеллекта опирается на универсальность программ, которые не зависят от аппаратной основы и языка программирования, на котором они написаны. Однако по разному реализованные программы, хотя и не будут приводить к различным результатам, будут сильно отличаться по степени эффективности. Это связано хотя бы с тем, что различные аппаратные реализации будут отличаться по памяти, быстродействию и т.д. Однако те же самые соображения применимы и к человеческим ресурсам! Они тоже различаются по физическим характеристикам, по способности не только к интеллектуальному, но и к механическому труду. Я не собираюсь обсуждать вопрос: могут ли машины (или программы) мыслить. В конце концов, можно вкладывать разный смысл в это понятие. Можно так же и отказаться от вежливого соглашения о том, что мыслят все. Тут важен результат, а не процесс. Почему, например, проблема исскусственного интеллекта считается актуальной, а проблема искусственного пищеварения - нет? Вся разница состоит в спросе на продукты интеллекта и пищеварения. А уж было ли понимание при создании соответствующего продукта, не очень существенно.

В романе российских писателей-фантастов Николая Большакова и Антона Первушина "Код Армагеддона" есть такие термины как хай (от hardware implementation of artifical intellect - аппаратная реализация искусственного интеллекта) и сай (software implementation of artifical intellect - программная реализация искусственного интеллекта). По аналогии с этим можно ввести термина вай (wetware implementation of artifical intellect - органическая реализация искусственного интеллекта). В сущности, идея обучения математическому анализу людей, которые его не понимают - это и есть попытка создания ваев. Однако люди также отличаются друг от друга по быстроте реакции, памяти, выносливости, скорости выработки условных рефлексов, и, в отличие от микропроцессоров, эти характеристики остаются почти неизменными на протяжении всей истории вида homo sapiens. Таким образом, принципиально, наращивание эффективности "человеческого капитала", связанного с интеллектуальными способностями, ничем отличается от наращивания человеческого капитала "Людмилы Гурченко". От вложений в обучение различных по своим способностям людей отдача будет различной. И здесь "человеческий капитал" остается природным ресурсом. И кстати, во многих западных компаниях заведующий отделом кадров имеет титул "президент по человеческим ресурсам" или что нибудь в этом роде. Рекрутерские компании можно сравнить с компаниями, которые занимаются геологоразведкой и т.д.

Надо отметить также, что "человеческий капитал" характерен не только для современной, "постиндустриальной экономики". Существуют примеры экономик, для которых "человеческий капитал" был гораздо более существенным фактором, чем для современной экономики хотя бы из-за совсем скромной роли капитала физического. Примером такой экономики является, например, древнеримская экономика. И что, характерно, к ней вполне подходит термин "экономика, основанная на знаниях". Ведь "человеческий капитал", или как тогда его предпочитали называть, "говорящая вещь", использовался не только как тягловый скот. Среди рабов было большое количество специалистов: врачей, учителей, инженеров, архитекторов, и даже, выражаясь современным языком, менеджеров. Например, "вилик", управляющий усадьбой или виллой, был рабом. И положение таких специалистов отличалось от положения "тяглового скота". Но и положение простых рабов тоже менялось. Это можно проследить по трудам древнеримских авторов, которые писали о сельском хозяйстве. Для Марка Порция Катона Старшего (234-149 г. до н.э.) рабы - это только рабочая сила, из которой нужно выжать все, а если раб временно не может работать, то ему нужно сократить паек. Марк Теренций Варрон (116-27 г. до н.э) уже задумывается над тем, как сделать труд раба более стал продуктивнее, вводятся поощрения и награды, рабу можно иметь кое-какую собственность, обзавестись семьей. Наконец, Луций Юний Колумелла, который жил в 1 веке н.э., идет дальше Варрона, он запрещает вилику телесные наказания, с вниманием относится к пище, одежде, здоровью рабов, заботится о том, чтобы у рабов были стимулы к накоплению собственности (пекулия) и т.д. Эти изменения объясняются очень просто. За время от Катона до Колумеллы рынок "человеческого капитала" серьезно оскудел. Резко сократились источники поступлений - Рим перешел от экспансии к стратегической обороне. Поэтому появилась необходимость использовать человеческий капитал с большей эффективностью. Если так разительно изменилось положение простых сельскохозяйственных рабов, то что тогда говорить о высококвалифицированных специалистах! Однако в конце концов истощение ресурсов "человеческого капитала" сыграл свою роль в кризисе древнеримской экономики.

В принципе, современные экономики отличаются от древнеримской гораздо более важным вкладом физического капитала и тем, что "человеческий капитал" не вовлечен в гражданский оборот, как это было в древнем Риме. Однако и для этих экономик фактор редкости человеческого капитала играет существенную роль. Я имею в иду такое явление как "утечка мозгов", которую с экономической точки зрения следует назвать оттоком "человеческого капитала". Очень много говорится о последствиях истощения природных ресурсов из-за усиленного экспорта полезных ископаемых, но почти ничего о том, что такое истощение происходит и из-за "утечки мозгов"...

Эбл прищурился над кубком зеленого вина.
- Политика, Джунц, - сказал он. - Политика. Все дело в практической генетике, проводимой с саркитской логикой. Сами по себе они мелки, нестоящий народ, эти саркиты, и важны лишь постольку, поскольку владеют неистощимой золотой россыпью - Флориной. Поэтому они каждый год снимают сливки с ее городов и поселков и привозят цвет флоринианской молодежи на Сарк для обучения. Посредственных сажают заполнять бланки и подписывать заявления, а по-настоящему умных отправляют обратно на Флорину, чтобы они стали резидентами, этими туземными правителями городов. Самые разумные элементы на Флорине искренне преданы делу саркитов, так как пока они служат Сарку, о них хорошо заботятся, а как только они от Сарка отвернутся, то самое большее, на что они смогут надеяться, - вернуться к флоринианскому существованию. А это неважная вещь, друг мой, совсем неважная.
Старый дипломат одним глотком допил вино и продолжал:
- Далее. Ни резиденты, ни сотрудники учреждений на Сарке не могут иметь детей, не теряя своего положения. Даже от флоринианских женщин. О смешанных браках с саркитами и говорить нечего. Таким образом, лучшая часть флоринианских генов все время уходит из обращения, так что в конце концов Флорина будет населена только дровосеками и водоносами.
- Но тогда сами саркиты останутся без служащих, не так ли?
- Это дело будущего.

Айзек Азимов. Космические течения.




Рекомендовать Все ответы   На форум
Ответы
Rambler's Top100 TopList