Происходящие в последние недели события в Ираке заставили призадуматься даже самых ярых сторонников «единого фронта борьбы с международным терроризмом». Неожиданно резко возросло количество нападений на американских военнослужащих и иракских коллаборационистов, причем зачастую весьма успешных. Провозглашенная самой сильной в мире, американская армия оказалась втянутой в затяжную партизанскую войну. Примерно тоже самое, хотя и в меньших масштабах, происходит и в других частях планеты, подвергшихся американской «антитеррористической» агрессии, в первую очередь в Афганистане. Число американских военных, погибших в Ираке, перевалило за 400, а в общей сложности с учетом потерь в Афганистане и других местах, где ведутся боевые действия, приближается к 500. Количество раненых приближается к 2000 человек, а эвакуированных из Ирака по причине непригодности к участию в боевых действиях (официально – по болезням и несчастным случаям, не имеющим отношения к боевым действиям) – к 7000. У 504 человек из них - психические расстройства, а у 378 – неврологические. Тот факт, что среди всех причин эвакуации с театра военных действий психические расстройства составляют примерно 7 процентов, очень хорошо характеризует моральное состояние «освободителей». Таким образом, нет сомнения в том, что до окончательной победы американцев в Ираке еще очень далеко и война может продлиться еще очень долго, причем неясно, каковы ее будущие возможные масштабы, является ли нынешняя активизация иракского сопротивления новой тенденцией или это только временная кампания, приуроченная к священному для мусульман месяцу рамадан.

Но уже сейчас в Белом доме осознали, что затягивание США в длительную войну грозит катастрофой для республиканской партии на предстоящих в будущем году выборах. Начались разговоры о вводе Ирак международных сил взамен американских. Можно ли уже сейчас делает какие-либо выводы о боеспособности современной американской армии и об уроках иракской кампании, которые могли бы быть полезны для российской армии? Например, директор Института политического и военного анализа А.Шаравин в интервью журналу «Эксперт» остановился в основном на двух таких уроках. Во-первых, он заявил, что война в Ираке показала несостоятельность доктрины «бесконтактных войн», в поддержку которой, например, очень активно выступал генерал В.Слипченко, а во-вторых, Шаравин посоветовал российским генералам поучиться у американских генералов ценить человеческую жизнь. Что касается первого вывода, то он представляется бесспорным, а вот второй вывод требует некоторых комментариев и уточнений.

Прежде всего, следует заметить, что американцы вообще, и американские генералы в частности умеют хорошо оценивать все, что имеет долларовое выражение. Можно ли оценить, хотя бы приблизительно, ценность человеческой жизни? Ответ на этот вопрос имеет значение не только для военных, но и, например, для юристов. Не так давно группа родственников заложников, погибших во время операции на Дубровке, предъявила иски российскому правительству с требованием выплаты компенсаций ущерба, нанесенного в результате операции. Размер иска – один миллион долларов. Много ли это или мало? Оставим стороне моральный аспект проблемы и попытаемся встать на чисто экономическую точку зрения. С этой точки зрения ущерб, нанесенный родственникам погибшего, может измеряться потерей будущих доходов погибшего родственника. Примерно такие же мотивировки используются государственными органами при выплате компенсаций погибшим при различных катастрофах, террористических актах, и т.д. В среднем величина такой выплаты должна определяться величиной валового внутреннего продукта (ВВП) на душу населения. ВВП можно рассчитывать тремя методами – производственным (как сумму всей добавленной стоимости, созданной в течение года), методом конечного использования (как сумму расходов на потребление и накопление) и распределительным методом (как сумму всех первичных доходов – зарплат, прибылей и т.д). Поэтому средний доход и оценивается путем деления ВВП на население страны. Замечу, что в данном случае речь идет об оценке по порядку величины, то есть такая оценка допускает, например, ошибку в ту или иную сторону вдвое, но, скорее всего не в десять раз. Бюджет текущего года рассчитывался исходя из ВВП в размере 12.8 триллиона рублей, а население России составляет примерно 145 миллионов человек. Поэтому для оценки ВВП на душу населения в России можно принять примерно 88 тысяч рублей на человека в год. Следовательно, возможные компенсации для граждан России должны быть такого же порядка. Однако 88 тысяч – это годовой платеж. Какой единовременной выплате соответствует такой ежегодный поток платежей? Для оценки единовременной выплаты используют операцию, обратную начислению сложных процентов. Такая операция называется дисконтированием. В качестве процентной ставки обычно используется ставка рефинансирования Центрального банка, которая фактически является регулятором процентных ставок по кредитам и депозитам в коммерческих банках. В настоящее время она составляет 16% годовых. При дисконтировании вычисляют сумму, которую нужно положить в банк, чтобы получать ежегодно некоторую заданную сумму (в нашем случае это 88 тысяч рублей) при существующей процентной ставке. Чтобы получить через год 88 тысяч рублей при ставке в 16% нужно положить в банк в текущем году 76 тысяч рублей, чтобы получить такую же сумму через два года – 65.5 тыс. рублей, через три года – 56.6 и так далее. Общая сумма – это сумма убывающей геометрической прогрессии; считая с некоторой погрешностью эту прогрессию бесконечной, получаем, что требуемая сумма составляет 550 тысяч рублей. Действительно, легко проверить, что если положить в банк 550 тысяч рублей под 16% годовых, то ежегодная сумма процентных выплат как раз и составит 88 тысяч рублей. Отсюда видно, что сумма иска, которую предъявляют родственники заложников, соответствует годовому доходу 4.8 миллиона рублей, то есть почти в 60 раз больше среднего. Конечно, нельзя исключить, что некоторые из погибших имели такой доход, но это крайне маловероятно.

Аналогично можно оценить цену жизни для американца. Исходя из того, что в США ВВП составляет 34 тысячи долларов на человека, а ставка Федеральной резервной системы равна 1% годовых, что цена человеческой жизни в Америке порядка 3.4 миллионов долларов. Таким образом, если российские генералы научатся ценить человеческие жизни в соответствии с советом А.Шаравина, то они неизбежно придут к выводу, что жизнь одного российского солдата стоит почти в двадцать раз меньше жизни одного американского солдата. Американские генералы и политики, видимо, понимают это обстоятельство очень хорошо. Казалось бы, общая стоимость потерянных американских жизней по американским меркам невелика: 400 солдат примерно эквивалентны 1.4 миллиардам долларов. Правда, на самом деле эта оценка занижена, поскольку какая-то часть раненых и больных частично или полностью потеряет трудоспособность и им тоже придется выплачивать компенсации, поэтому дисконтированная стоимость таких выплат может в несколько раз превышать указанную сумму. Чтобы увидеть это, достаточно предположить, что раненые в среднем теряют примерно половину трудоспособности (это абсолютно произвольное допущение и делается исключительно для иллюстрации). Тогда сумма выплат для 2000 раненых должна быть примерно сумме выплат за 1000 убитых, то есть около 3.4 миллиардов долларов. Однако стоимость одной крылатой ракеты «Томагавк» составляет всего 1.4 миллиона долларов, поэтому выгоднее запустить две ракеты, чем потерять одного солдата. Полезно сопоставить стоимость жизни американца со стоимостью других видов боевой техники. Например, стоимость танка M1 «Абрамс» составляет 4.8 миллиона долларов, истребителя F-14 – 38 миллионов. Даже стоимость авианосца не превосходит стоимости жизней экипажа. Если подсчитать полную дисконтированную стоимость авианосца типа «Нимитц» с учетом затрат на строительство( 4 миллиарда за 7 лет), расходов на эксплуатацию(по 300 миллионов в течении 47 лет), модернизацию и перезарядку реакторов (2.3 миллиарда в течении 3 лет) и ликвидацию(900 миллионов), то полная дисконтированная стоимость корабля составит около 16.5 миллиардов долларов. У авианосцев этого типа экипаж состоит (вместе с авиакрылом) из 5700 человек. Значит, стоимость человеческих жизней составит 19.4 миллиарда долларов. (Все данные взяты с сайта Федерации американских ученых.)

Отсюда следует, что если в распоряжении американских генералов окажутся более дешевые солдаты, то они будут использовать боевую технику и боеприпасы более экономно. Поэтому неудивительно, что в последнее время пошли разговоры о расширении участия армий других стран в иракском конфликте. Скажем, правительство США официально обратилось с предложением к правительству Фиджи, островного государства в Тихом океане, с предложением послать в Ирак солдат. Американцы готовы предоставить фиджийским солдатам обмундирование, оружие и транспорт за свой счет. Ясно, что это выгодно с экономической точки зрения. Ведь ВВП на душу населения в этой стране составляет 7300 долларов на человека по паритету покупательной способности, а по обменному курсу, вероятно, еще ниже. Даже если предположить, что фиджийские доходы будут дисконтироваться по американским процентным ставкам, то все равно получится, что жизнь фиджийского солдата стоит 730 тысяч долларов или почти в 5 раз дешевле, чем жизнь американского солдата. Аналогичные соображения объясняют изменения отношения внутри НАТО. Франция и Германия не согласились послать свои воинские контингенты в Ирак, а, скажем, Польша послала, потому что жизнь поляка оценивается дешевле, чем жизнь француза или немца. Некоторые круги усиленно намекали на то, что и России неплохо было послать своих солдат в Ирак. Видимо, руководствуясь теми же соображениями. Тот же Шаравин крайне недоволен тем, что в докладе министра обороны Сергея Иванова «Об актуальных задачах развития вооруженных сил», который был прочитан на совещании с участием президента в начале октября, говорилось об отражении воздушно-космического нападения противника, вооруженного высокоточным дальнобойным оружием. Такого противника, считает Шаравин, у России нет. Чтобы догадаться, кого Шаравин считает противником, даже не нужно читать интервью: достаточно взглянуть на фотографию. На ней Шаравин изображен на фоне большей карты Дальнего Востока. Это вполне проясняет миссию, к которой должна готовиться российская армия.

Более отчетливо об этой миссии высказался американский политический деятель Патрик Дж. Бьюкенен в книге «Смерть Запада», которая вышла в прошлом году и в этом году была переведена на русский язык. Вот что пишет Бьюкенен:

Если Россия забудет о поражении в холодной войне и смирится с утратой статуса сверхдержавы, Москва начнет воспринимать Америку как своего естественного союзника в сохранении своей государственной целостности и независимости. А американцы должны понять, что в любом «столкновении цивилизаций» русские окажутся на передней линии обороны Запада.

Так что перспективы выглядят захватывающими – стоит только России отказаться от статуса сверхдержавы, как русским солдатам выпадет сладостная и почетная доля: умирать на переднем крае борьбы за сохранение западной цивилизации. Не только и не столько в силу географического положения России, но в силу того, что использовать для этой цели солдат из богатых стран слишком накладно с экономической точки зрения. Вот какой основной урок следует из результатов американской компании Ираке, из высокой оценки американскими генералами жизней своих солдат.